Горцев никого специально не делил на эти группы — четы. Они потерялись по два десятки человек в результате хаотичного движения, основанного на личных симпатиях и антипатиях, близких и дальних родственных связях и дружеских протекциях. Такая система комплектования делала их внутренне несокрушимыми: не было случая, чтобы горец бросил товарища, предал или струсил. Командиров чет — воевод — тоже выбирали сами. Именно поэтому Олег с утра пораньше отыскал Йерикку.

— Слушай, мне бы хотелось пойти в одной ком… ну, чете с тобой — это возможно? — с ходу взял быка за рога Олег.

— Да, конечно… — Йерикка замялся, с некоторой неуверенностью глядя на друга. — Но понимаешь, я иду в чете Гоймира…

— Блин! — изумился Олег. — Ты что, не воевода?!

— Да я и не стремился, — в свою очередь удивился рыжий горец. — Я

пулеметчик, а не командир, — и он пристукнул оземь прикладом своего "дегтяря".

— Ну… — Олег махнул рукой:- А, да все равно, лишь бы Гоймир не закозлился.

— Он-то согласится, — по-прежнему не очень уверенно покачал головой Йерикка, — только вот будет ли это по уму…

— Без паники, — посоветовал Олег, — у нас по уму ни фига не делается, а то не стоило бы и затевать эту мясорубку. Надо было просто бежать на восток этаким Большим Спринтом со стайерской скоростью. Это было бы по уму.

— Пожалуй, — признал Йерикка его правоту и хлопнул Олега по плечу, мерзко осклабившись: — Ты будешь почетным членом нашей компании. По нечетным можешь приводить девок.